Япония - весна и осень 2012 года
Заметки о весенней поездке в Японию. Фрагменты из книги Тада-сэнсэя.
Как обычно, на этот год нами были запланированы две поездки в Японию. Одна из них состоялась в марте, а в другую, уже подготовленную и согласованную, нам вскоре предстоит отправиться.
Каждое путешествие в Японию мы начинаем готовить заблаговременно и поэтому, за сравнительно небольшой период пребывания - 10-15 дней, нам удается стать участниками событий, значение и глубину которых трудно переоценить.
Так было и весной этого года. Сначала мы отправились в Токио, где тренировались по утрам в Хомбу-додзё, а по вечерам в зале Гёсодзи. Это зал Тада-сэнсэя (9 дан айкикай), расположенный на территории храмового комплекса. Потом мы переместились в город Нарита, чтобы вновь принять участие в семинаре под руководством учителя Тада, который на протяжении 25 лет весной и осенью приезжает к Ямада-сэнсэю и его ученикам. Всё это время активным участником нашей делегации был Михаил Ласточкин – профессионал и коллега из города Тулы (на фотографии рядом с Тада сэнсэем).
Затем наступила вторая неделя, в течение которой мы практиковались в искусстве Катори синто-рю под руководством Технического директора школы - Отакэ Рисукэ. На видео Отакэ Сэнсэю ассистирует Кейко-сан, имеющая диплом Мокуроку школы Катори Синто-рю. Кейко-сан также обладает высоким 6-м даном каратэ сито-рю, что видно по её четким и выверенным движениям.
Отакэ-сэнсэй (ассистирует Кейко-сан, Мокуроку школы Катори Синто-рю)
В свободные вечера мы ездили в залы Ямада-сэнсэя и практиковали Айкидо.
Ямада-сэнсэй (ассистирует Куроянаги-сан, 4 дан Айкикай)
Ямада-сэнсэй (ассистирует Алексей Майгур, 4 дан Айкикай)
Однако, хотя тренировочный процесс и был превыше всего, нашлось время и для увлекательных прогулок, весёлых и вкусных обедов и ужинов и многого другого.
Из интересного запомнились 7-ми километровые пробежки до зала Отакэ-сэнсэя одного из наших друзей и соратников - Михаила Ломакина. В это время остальные всё же предпочитали добираться до додзё на такси. Примечательно, что по профессии Михаил Васильевич является хирургом, профессором, заведующим кафедрой реконструктивной хирургической стоматологии и имплантологии.
Отдельно хочу отметить, что ещё четверо представителей нашей организации прошли официальную церемонию Кэппан школы Катори синто-рю.
В заключение я бы хотел предложить вашему вниманию три фрагмента из книги Тада-сэнсэя, над переводом которой мы работаем в настоящее время. Знакомство с Тада-сэнсэем состоялось осенью 1998 году. Тогда Дмитрий Байдер, Станислав Лукьянов, Арсен Асрян и я прилетели в Японию для изучения Катори Синто-рю. В один из дней Станислав остался в додзё и продолжил практиковать Катори, а мы сели в машину к Ямада-сэнсэю, и он отвез нас в Хомбу додзё на семинар своего учителя – Тада-сэнсэя. С тех пор я, мои коллеги и ученики, приняли участие во многих семинарах Учителя Тада в Японии, Италии, Швейцарии, и в прошлом году он, в присутствии Ямада-сэнсэя, подписал и вручил нам свою книгу, которая охватывает 80-летний период его жизни, начиная с момента рождения в декабре 1929 года.
Впервые я посетил додзё Уэсиба и поступил на учебу 4 марта 1950г. (25-й год эпохи Сёва). Исполнилось ровно 60 лет этому событию. Хотя это долгий период, он пролетел незаметно. Оглядываясь назад, я с трепетом вспоминаю учителя Морихэй Уэсиба и учителя Накамура Тэмпу, которые были моими первыми руководителями, и благодаря которым я встретился со многими людьми и приобрел свой путь. Я очень отчетливо помню день поступления. Я учился на юридическом факультете университета Васэда на втором курсе. Были весенние каникулы. Меня встретила г-жа Сакуко, жена учителя Киссёмару, который впоследствии стал вторым патриархом - Досю. «Скоро начнется тренировка» - сказала она, провожая меня в додзё. Спустя какое-то время пришли Токио Кикути, у которого был 5-й дан кэндо и который являлся капитаном в клубе кэндо университета Васэда, и пожилой Хан Кикути, человек из школы Нисикай, известной своей оздоровительной методикой западного стиля. Они вдвоем начали выполнять «кататэ дори тэнкан». Это были движения айкидо, которые я впервые увидел. В тоже время на тренировку пришли люди, связанные со школой Тэмпукай и школой Нисикай. В Тэмпукай были Тэцудзо Ёкояма, Юсаку Ёкояма и Токуяма, который стал президентом компании Санкёинсацу. Стало так, что по протекции Ёкояма Юсаку в мае этого же года я поступил в школу Тэмпукай, где моим руководителем стал учитель Накамура Тэмпу, основоположник метода «единства души и тела». Братья Ёкояма пригласили меня, сказав: «Знаешь, есть такая школа, не хочешь прийти посмотреть». В октябре я посетил додзё Итикукай и присутствовал на обряде очищения.
Что касается учителя Уэсиба, то я услышал от отца, который занимался стрельбой из лука, что учитель Уэсиба сильный мастер военных искусств. Поэтому о нем я узнал еще в детстве. Однако началась война, и отец ушел на фронт, а мать умерла из-за болезни, поэтому мне было не до поступления в додзё. После войны я увлекся тренировками в клубе каратэ университета Васэда, куда я поступил. После окончания очередной тренировки по какой-то причине зашел разговор об учителе Морихэй Уэсиба. И Такэда, который был в то время капитаном, сказал, что у него есть знакомый, который знает учителя Уэсиба, и сказал, что спросит у него. Он мне объяснил, что додзё находится по адресу: Усигомэ Вакамацу-тё, 102. Я проверил адрес по телефонному справочнику, но додзё не был указан. Действительно, разговор о Морихэй Уэсиба зашел совершенно случайно, но я вспомнил то, что я слышал о нем в детстве. Отец за ужином рассказывал мне то, что услышал от Итиро Яно, у которого был высокий дан кэндо и который был президентом компании «Дайити сэймэй»: «Учитель Уэсиба в айкидзюцу – самый лучший мастер боевых искусств в настоящее время. Как мастеру военных искусств ему нет равных».
Сейчас я думаю, что двигался по естественно положенным рельсам. Действительно необыкновенно. Если бы я не встретился с капитаном Такэда в клубе каратэ университета Васэда, я бы не узнал о местонахождении додзё Уэсиба, и, наверное, не стал бы заниматься айкидо. А также если бы в додзё Уэсиба не было бы братьев Ёкояма, то я, должно быть, не практиковался бы в школе Тэмпукай и школе Итикукай. Конечно, в то время я этого не понимал, но цепочка событий привела меня туда, где я нахожусь.
В то время додзё Уэсиба находился в том же месте, где сейчас находится основное додзё Айкикай, однако вокруг додзё было много выжженных мест после воздушных бомбардировок. Додзё не был полностью покрыто татами, из 80 татами 20 были отгорожены досками, и там жили семьи, пострадавшие во время войны. Время от времени оттуда доносился кашель, а дым от жареной рыбы проникал на территорию, где проходили тренировки.
С учителем Уэсиба я встретился, приблизительно, одну неделю спустя с момента моего поступления в додзе. После окончания утренней тренировки, начиналось время для свободной тренировки, и после неё, примерно в 10.30 – 11 часов мы вместе с Токио Кикути вышли на улицу Нукэбэнтэн и увидели, как учитель Уэсиба выходит из трамвая. Его сопровождал Камикин с факультета естественных наук и технологии университета Васэда.
О-сэнсэй вернулся из поездки в Осаку и Вакаяма. Кикути сказал: «Учитель, с возвращением» и подбежал к учителю, затем он меня представил: «Это – Тада, он недавно поступил в додзе». Учитель снял шляпу и, сказав: «Я Уэсиба», вежливо поклонился. Я был очень удивлен. Учитель был одет в традиционную японскую одежду и на ногах у него были гэта, на мне же была простая студенческая форма.
В тот же день, побывав дома, я опять пошел на тренировку. На вечернем занятии было всего человек 6-7, но О-сэнсэй бросал каждого. В то время Учителю было 68 лет, но его возраст совсем не чувствовался и в движениях была сила. Поступившие тогда ученики имели опыт в занятиях дзюдо, кэндо, а об «укэми» им ничего не рассказывали. Когда мне впервые позволили сделать защиту, это было «кататэ рётэ дори». Я все делал с большой скоростью, вышел, схватил за руку и тут же упал.
В то время не было такого, чтобы люди захотели изучать Айкидо и могли свободно прийти тренироваться. Айкидо не было открытым видом, поэтому, когда ученики поступали в додзё, никто не знал что же такое айкидо. Я думаю, что просто ученики хотели тренироваться под началом Морихэй Уэсиба, хотели быть рядом с ним, и поэтому поступали в додзё. Я тоже слышал, что учитель Уэсиба – великий мастер и поэтому поступил в додзе. Ежедневные тренировки под руководством О-сэнсэя помогли мне и заполнили чувство пустоты, которое появилось в моем сердце после войны.
Каждую зиму, из моей комнаты можно было видеть как в парке Инокасира утки на пруду, сбившись в стаю, летали. Сначала они летали маленькой стаей по 3-4 птицы, но потом вдруг образовывали большую стаю по несколько десятков или даже сотен птиц и летали, поворачивая то вправо, то влево. Вскоре наступала весна, вода теплела, и утки улетали, устремившись на север.
Ежегодно, когда я лечу в Европу, я лечу через Москву. Однако, пролетая над Хабаровском, самолет делает крюк, облетая Северо-восточную часть Китая, пересекая Сибирь. Тогда я вспоминаю уток из парка. Птицам, которые собственными силами летят, образуя стаю в несколько сотен птиц, не разрешается допускать ни малейшей неосторожности. В пути им может помешать плохая погода, или сильный враг, нацелившийся на стаю. Действительно рискованно для жизни. Природа сурова.
В обществе нас людей часто говорят о гармонии, компромиссе с обществом. Но наиболее важным является основная позиция, когда ты не опираешься на людей. Даже в живописи, скульптуре, искусстве аранжировки цветов, если в одном произведении есть одна нестабильная часть, которая опирается на другие элементы, то общая композиция произведения сразу нарушается.
Также и в технике айкидо, если где-то чувствуется нестабильность, то необходимо разделить по отдельности каждое движение. Ноги, поясница, верхняя часть туловища, руки, - если движения не едины, их нельзя совместить с дыханием. Нужно проверить хорошо ли высвобождается энергия.
Обязательно в части хороших движений будет проглядывать то, что не отработано как следует.
Подобные вещи существуют в нас самих, в наших душах.
Таким образом, можно сказать, что выраженная в технике, практика использования и обладания духом, это и есть тренировка боевого искусства.
Иидзаса Тёисай Иэнао – это создатель течения Тэнсин сёдэн катори синто-рю, основатель возрождения Будо, основоположник техники меча и копья (источник Хонтёбугэйсёдэн). Согласно записям этой школы (автор сихан Отакэ Рисукэ), Иэнао родился в 1387году в провинции Симоуса, деревне Иидзаса, в доме местного воина. С молодых лет он успешно занимался мечом и копьем. В доме хозяина клана Тиба у него была репутация отважного человека, но после гибели клана он оставил домашних и удалился на покой в Умэкияма, недалеко от храма Каторидзингу. После того как ему исполнилось 60 лет, он осуществил большую молитву в течение 1000 дней и ночей в храме Каторидзингу. Перед тем как молиться он отказался от еды, прошел очищение водой, тренировался и получил божественное указание. Синто-рю - это кэндзюцу, иайдзюцу, бодзюцу, нагинатадзюцу, дзюдзюцу, содзюцу, сюрикэндзюцу, ниндзюцу, сэндзюцу (стратегия боя), тикудзёхо (правила постройки замков) и так далее. Учение также затрагивает астрономию и географию. Это универсальное будзюцу.
Иэнао хорошо разбирался в учении Сингонсю. Это нашло отражение в технике и духовной стороне Синто-рю. Кукай, основатель Сингонсю, изучал эзотерический буддизм, переданный из Индии, учился Йоге, и вместе с оригинальной философией распространял эти знания в Японии. Учение Кукай глубоко проникло в различные слои японской культуры и оказало большое влияние на мир боевого искусства. Школа дзэн тоже оказала большое влияние на становление пути меча, образа жизни самураев. Вместе, дзэн и эзотериченский буддизм передавали идеи и способы объединения духа и послужили основой для развития Будо. То, что самураи глубоко верили в это учение, можно понять из надписей на санскрите, выгравированных на оружие того времени.
Теисай Иэнао в дополнении к своему природному превосходному таланту, опыту, приобретенному в сражениях, тренировках будзюцу, приобрел оригинальный закон владения жизненной силой, свободно использовал военную стратегию и силу оружия, которые родились из его таланта и обретенного пути сатори.
В то время в состязаниях между школами фехтования самураи использовали как деревянные, так и настоящие мечи, поэтому нередко теряли жизнь. В Катори Синто-рю с древних времен считали, что «состязание – это обоюдное убийство» и запрещали схватки. Говорят, что Тёисай Иэнао проводил так называемое «учение Кумадзаса». Человека, пришедшего в додзё и ждущего поединка, приглашали в место позади дома, где росла кумадзаса (высокая тонкая трава). Поверх кумадзаса Иэнао бросал одну циновку и садился на нее. Он показывал, что настолько владеет своим телом и духом, что может сидеть практически в воздухе, не приминая травы. Человек, который желал сразиться, увидев движения Тёисай и сравнив их со своими возможностями, убеждался, что ему не надо сражаться и уходил. Тёисаи Иэнао жил в середине эпоху Муромати, и можно предполагать, что японское боевое искусство тогда уже запрещало проводить бессмысленные бои, считая, что дух боя – это милость.
В последние годы своей жизни Теисай, поблизости от своего дома, построил храм, оставил светские дела и жил по закону будды. Умер в возрасте 102 года в 1488году. Храм в настоящее время все еще находится в префектуре Тиба, Катори-гун, Таготёиидзаса. В Роду Иидзаса из поколения в поколение сохраняли и передавали учение Синто-рю. В настоящее время живет 20 патриарх рода Иидзаса.